Читать рассказ последний черт читать

Глава 1 запомни, ничего серьезного, произносит высокий шатен в кожаной куртке, садясь за мой столик. мне не

Глава 1

— Запомни, ничего серьезного, — произносит высокий шатен в кожаной куртке, садясь за мой столик. — Мне не нужны отношения. Только развлечься, и то на пару встреч.

Я замираю от его напора. Проваливаюсь в глубокие голубые глаза и пытаюсь заново осмыслить реальность.

О чем он вообще?

— Извините, а вы кто? — спрашиваю его.

— Ольга?

— Нет, — я качаю головой, — я Арина.

— Черт. — Он теряется на мгновение, но следом усмехается и проводит широченной ладонью по скатерти. — Кажется, я облажался и ошибся девушкой. Прости, крошка.

Мужчина поднимается и уходит так же быстро, как и появился.

Передо мной вновь оказывается пустой стул, который вообще-то ждет, когда его займет опаздывающая подруга. Мы договорились пообедать вместе, но пунктуальность — не ее сильная сторона. 

— Прости, прости, прости, — налетает она со спины и сразу приобнимает за плечи. — Я долго ждала такси. Отменила машину из-за ужасного рейтинга водителя, а потом вечность ждала, когда найдут другого. 

Ксюша бросает взгляд на стол, проверяя, что я заказала, и поднимает ладонь, чтобы обратить на себя внимание официанта. Я же обращаю внимание на другое. 

Тот шатен действительно ошибся столиком.

Я замечаю его в противоположном конце. Он сидит лицом ко мне, вальяжно откинувшись на спинку диванчика, и что-то говорит девушке напротив. Ее я не вижу, только копну светлых шикарных волос, собранных в хвост.

Хотя почему что-то?

Скорее всего, с его губ сейчас слетает следующий текст — “Запомни, ничего серьезного. Мне не нужны отношения…” 

— Ты чего смеешься? — Ксюша переключается на меня, закончив с заказом. 

— Да так, — я отмахиваюсь.

— На того красавчика засмотрелась? — она понижает голос до флиртующего шепота. — Бросается в глаза, гад. Я тоже залипла, когда вошла.

Она порывается обернуться, но в последний момент тормозит. Незнакомец симпатичный и видный, тут не поспоришь, но я размышляю о другом. Как меня можно было спутать с блондинкой? 

— Я его еще на парковке заметила…

— Вот ты внимательная.

— Я в активном поиске, — чуть ли не с гордостью заявляет подруга. — Пока таксист искал, где приткнуться, я этого мажорчика хорошо разглядела. У него спортивная тачка. Люто дорогая.

— Очень ценная информация.

Незнакомец отдает меню официанту и кладет ладони на стол. Он подвигается, приближаясь к блондинке, но неожиданно уводит взгляд в сторону.

Черт!

Он смотрит четко на меня, словно кожей почувствовал мое внимание. Наши глаза встречаются, заставляя судорожно схватить воздух губами. Но я слишком упрямая, чтобы отвести взгляд и показать, что меня поймали с поличным. 

Вместо этого я отсчитываю секунды.

Он, конечно, хам. Сидит с девушкой и с чистой совестью пялится на другую. Даже не думает переключить интерес на свою спутницу.

— Лучше расскажи, как у тебя дела? — спрашиваю Ксюшу, сдаваясь первой и разрывая зрительный контакт с мужчиной.

Посмотрели и хватит.

Он богатый, наглый и ищет красотку на пару ночей.

На что там глядеть?

— Я закончила курсы у ведущего мастера, — Ксюша довольно улыбается. — Дорого, конечно, но я теперь могу устроиться в салон на Листова.

Она машинально смотрит на мои брови, на которые давно покушается. 

— Не надо, — я качаю головой, чтобы она не начала уговаривать меня с тридцатой попытки. — У нас с тобой разные вкусы, мы это уже выяснили.

— Они у тебя густые и офигенные. Можно такую форму сделать, а если еще зачесать наверх, как сейчас модно!

Тридцать первая попытка.

— Вот откроешь свой салон, поговорим, — я мотивирую ее на карьерный рост, как могу.

— Ладно, ясно, — она со смешком падает на спинку стула. — У тебя как на работе?

— Сказали, подтянуть английский. К нам должна приехать группа из Швеции, — я развожу руками. — Без языка никуда. 

Мы сидим в кафе около двух часов. Потом я отвожу подругу к клиентке, а сама поворачиваю в сторону дома. Я снимаю квартиру в тихом районе, в котором когда-нибудь надеюсь купить свою собственную. Ну или не надеюсь, а мечтаю.

— Здравствуйте, — бросаю знакомой соседке, заходя в лифт.

Через несколько минут я оказываюсь дома. На столе стоит ноутбук, я переодеваюсь и сажусь за него, чтобы пощелкать пару уроков по английскому. Не хочется потом краснеть на ресепшн в отеле, когда к нам будут заселяться шведы. Время пролетает незаметно, я понимаю, что засиделась, когда на часах уже значится час ночи.

Я отключаю будильник в честь выходного и иду спать.

Правда, выспаться мне не дают.

Звонок в дверь вырывает подушку из-под головы и заставляет идти в прихожую.

Если это эксклюзивное предложение высокоскоростного интернета, я кого-нибудь убью.

Или наша уборщица, которой понадобилась подпись жильца.

Или…

Ох!

Я смотрю в глазок и вижу там шатена, который вчера ошибся столиком.

Дверью он тоже ошибся?

**

Девочки, поддержите новинку!)) Лайк, коммент, библиотека и автор оооочень хочет писать дальше))

Это история Максима, брата Вадима из Фиктивного развода. Если кто-то не читал Развод, это необязательно, история будет самостоятельной. После событий Фиктивного развода прошел год. 


весь текст



34 372 зн., 0,86 а.л.

  • Аннотация
  • Статистика

Путь наверх, к славе, влиянию и власти. Игра, достойная высокородных, в которой все ставки — высшие.
Хочешь сыграть? Дело твоё. Но не забудь, те, по чьим головам ты пройдёшь, могут придти за тобой.
В том числе те, на кого ты бы не подумал.


Начало и конец дня на графике считаются по московскому времени (UTC +03:00)

Сортировать по

Только зарегистрированные пользователи могут оставлять комментарии.
Войдите, пожалуйста.

vasilev viktor 637095263302520146

Василёв Виктор Валерьевич


Кто подменил Угловского?! Где «красивое», где планы? Почему «книгов» выкладывают? Так и до полноценных романов докатится, а потом и до «книгов продаете»?!)) Ай-ай!

Ну а теперь немного серьезней.

Итак, у нас здесь микророман в форм-факторе рассказа. И это хорошо, чтобы уложить такой объем информации в такой размер нужно постараться. За это плюс.

В целом, ситуация понятна, хотя некоторые моменты без другого рассказа я бы не понял. Причем здесь есть связи как и на общем уровне, так и на конкретном — те же Шеины.

Ну а теперь будем громить.

Во-первых, схема убийства у меня вызвала ассоциацию с забавными карикатурами про изобретённые в духе «дерни за веревочку — кукушка вылетит из гнезда — собьет нож — разрезана веревка —  молоток ударил по колокольчику — звонок прозвенит». На мой взгляд, это не выглядит как сложный многосоставный план, больше похоже на что-то из этой оперы. Слишком сложно, слишком много переменных, слишком мало исполнителей для него, да еще между строк можно прочитать, что у плана было несколько вариаций. Крайне сомнительно, что такой план утвердили для операции по ликвидации руководителя среднего звена.

Во-вторых, мысли главных персонажей. Во время боя Роман размышляет здраво и четко, но когда оказывается в парке процент «лишних» мыслей в голове зашкаливает. Это было бы нормально для обычного человека в критической ситуации, но боярин не из обычных, возникают сомнения в таких мыслях в такой ситуации. Промелькнувшее к нему уважение к Роману со стороны оператора выглядит натужным, потсфактум мы понимаем, что здесь он себя завуалированно хвалит (какой я молодец, все просчитал!), но при прочтении это режет глаз. На мой взгляд, здесь уместнее была бы констатация факта с легким удовлетворением.

В-третьих, атмосфера. Здесь сложно судить, автор сам поставил постбоярку, пошел открывать Америку. Но чисто писать «пост»/»панк» без приставки нельзя. Нужна какая-то примесь оригинала, некая вуаль, отсылающая к истокам. На мой взгляд, именно в этом сеттинге крайне уместно смотрелись бы лицемерные и циничные рассуждения о «долге аристократии», «неизменности сословного общества», «крепости родственных уз» и всего в таком духе. Как еще одна попытка свести вместе древних «принцев на белом коне» из «славного общества» и новых бояр. Не ради пропаганды и легитимности, но для удовлетворения собственного эго загнивающей аристократии. В данной случае можно было ввернуть фразу про Ковдор и бунт черни против естественного порядка вещей, как шутку «для своих».

Мне же этот рассказ больше напомнил некую темную космооперу с примесью киберпанка. Ему не хватило тех черт, которые продвигают другие автора, точнее их отзеркаливания. Будь это проста рассказ то никаких претензий, но у нас здесь микророман.

 раскрыть ветвь
 4

uglovsky 637649013590281037

Владимир Угловский

автор

Спасибо за развёрнутый отзыв) 

Кто подменил Угловского?! Где «красивое», где планы? Почему «книгов» выкладывают? Так и до полноценных романов докатится, а потом и до «книгов продаете»?!)) Ай-ай!

Сам себе поражаюсь)

Итак, у нас здесь микророман в форм-факторе рассказа.

Да нет, это именно рассказ. При написании использованы приёмы романа, но и только. А так — эволюции персонажей нет, сюжетная линия одна, форма малая, событие одно. Все критерии рассказа в наличии, ни одного критерия романа не нашлось.

Во-первых, схема убийства у меня вызвала ассоциацию с забавными карикатурами про изобретённые в духе «дерни за веревочку — кукушка вылетит из гнезда — собьет нож — разрезана веревка —  молоток ударил по колокольчику — звонок прозвенит».

Не совсем так) В этом плане каждый следующий пункт начинается со слов «если объект ухитрился выжить на прошлом шаге». Теоретически Фантом мог добиться своих целей с первой же попытки. Просто с обученными боевыми псиониками рассчитывать на такое нельзя.

Во время боя Роман размышляет здраво и четко, но когда оказывается в парке процент «лишних» мыслей в голове зашкаливает. Это было бы нормально для обычного человека в критической ситуации, но боярин не из обычных, возникают сомнения в таких мыслях в такой ситуации. Промелькнувшее к нему уважение к Роману со стороны оператора выглядит натужным, потсфактум мы понимаем, что здесь он себя завуалированно хвалит (какой я молодец, все просчитал!), но при прочтении это режет глаз.

Роман размышляет чётко, когда его силы при нём, поскольку его уверенность в себе зиждется на их наличии. Потому в парке он сначала напуган, а впоследствии — зол, как чёрт. Его неполное соответствие формуле «самурай без меча подобен самураю с мечом, но без меча» — не случайность) 

А уважение Фантома к Роману и есть натужное. Оператору этот факт глубоко неприятен, и соглашается его признать он очень неохотно.

Ему не хватило тех черт, которые продвигают другие автора, точнее их отзеркаливания.

Я это всё-таки не воспринимал микророманом, потому ограничился отзеркаливанием просто отдельно взятого «пути наверх».

 раскрыть ветвь
 3

Valgall


Огонь!!!! А это часть какогото цыкла?

 раскрыть ветвь
 1

uglovsky 637649013590281037

 раскрыть ветвь
 0

elkrylova1 637184007655379656

Елена Крылова


Хороший рассказ. Правда, в начале воспринимается тяжеловато. Сходу сыпется много незнакомых терминов, а затем идет резкое переключение фокала. Мне даже сначала показалось, что «я» это либо Лесин, либо Роман, но потом догнала, что это совсем другие люди. Наверное, такого непонимания не случилось бы, если бы повествование от сопротивления тоже велось в третьем лице. К финалу уже никаких вопросов не остается, но все-таки соглашусь с Марикой:

когда стреляют в Шеина, то в голове рисуется картинка, что он падает и уже лежит. Вот не знаю почему. Наверное, кажется более естественным, когда человек после выстрела падает.

А еще я ждала, что погрузчик рванет, а оно вон как получилось. В этом плане я обманулась в ожиданиях.

Но в целом написано хорошо. Динамичные сцены держат в напряжении, следить за героями интересно. Хотя размах задумки все-таки тянет на роман, а не на рассказ. :)

 раскрыть ветвь
 1

uglovsky 637649013590281037

Владимир Угловский

автор

Спасибо! 

Хотя размах задумки все-таки тянет на роман, а не на рассказ

Это как раз нормально — рассказ написан по методике для романа, в порядке оной методки испытания на практике)

 раскрыть ветвь
 0

mstanovoi 637770489062744444

 раскрыть ветвь
 0

mstanovoi 637770489062744444

Marika Stanovoi


По рассказу (будет дополняться по мере чтения)
1 не люблю названия с какими-то подвывертами…Ибо я не понимаю шоэтта, а когда я чтото не понимаю. меня это раздражаит.? 

2. немного сложновато расшифровывать информацию, вложенную в почти каждое предложение тремя-четырьмя ступениями понимания напр (копированиу у вас нет посему нечто так вот): 

20b910dd939648859270e321a5cd9b88

так но не так, но все таки так, хотя я с цоколя, но всё равно иначе. АААааааааааааа!!! Продраться можно, но слегонца подбешивает такой серпантин на виражах))

3.Для рассказа — огромное, почти цунамичсекое количество лора и да постоянная смена точки зрения рассказчика. Но тут уже с первой трети, которая прошла под знаком офигения, далее же читаешь как на слабо — я ж не идиот, я тут не запутаюсь!!!)) 

4. «Но ох не единственной причиной он здесь был…»

 Это «ох» тут что? Аббревиатура очередного лора? Опечатка? Вводное слово? Надо жы ж как-то обозначить: кавычкамэ или запятыкамэ жы ж..

5. выверт с выстрелом — великолепно

6. написано что тело человека после последнего выстрела РУХНУЛО НА ТРАВУ. Как так? Оно ужо там лежало до выстрела в лоб…. тогда уж рухнувшее. лежащее не рухнуло. ибо рухнуло оно ДО ТОГО КАК 

 раскрыть ветвь
 5

uglovsky 637649013590281037

Владимир Угловский

автор

Технический вопрос: на п.5 — всё?) Или, в принципе, можно ответить уже?))

 раскрыть ветвь
 4

mstanovoi 637770489062744444

Marika Stanovoi


рекламный ролик прочитала по диагонали, ибо зочем мне интепретация с адаптацией чужого творческого процесса? У меня свой есть.

Но тк у меня (в отличие от васссс) к вашему всему прочитанному внезапно добавилось одно непрочитанное, то иду заделывать прореху. ?  

 раскрыть ветвь
 6

uglovsky 637649013590281037

 раскрыть ветвь
 5

Dayneen1 637175227735527914

Dayneen


Отличный боевик, мне понравился. С сеттингом я уже слегка знаком по рассказу Побег, но и без того коротких описаний вполне хватает, чтобы представить себе окружение, так что действие вполне опирается на реальность, мир виден и достоверен.

Герои вызывают отклик, они тоже вполне видны, и антогонист отлично вписывается в картинку. Другое дело ГГ, он мне показался немного нездешним, а точнее слишком положительным. 

Он заботится о временной напарнице, просит её убираться побыстрее. Он беспокоится, пусть отчасти, об окружающих, удаляя прохожих с места действия. Он мстит за родной район, ну и наконец, он отказывается от сотрудничества с другими высокородными, что и вовсе возносит его на пролетарский пьедестал. А может ли быть такой человек в таком обществе? Была ли у него заботливая матушка в том районе? Были ли у него верные друзья? Соседи по улице приглашали его на дни рождения? В общем, он не может быть из благополучного места, он же из Цоколя. 

Ну это была субъективщина относительно достоверности гг.

Теперь субъективщина насчёт текста )

Как по мне — антогонист многовато думает — пока читаешь его размышления проходит минута-другая, а времени в рассказе должно быть не больше пары секунд. Несоответствие-с.

Некоторый вопрос у меня вызвал робот-погрузчик. Почему он пришел замаскированный, но без взрывчатки? Вопроса бы не возникло, если бы не бахнула турель. 

Эти вторые, во флаере, потеряв связь с первыми двумя, решили, что из засады спасать господина сподручней или что? )

В остальном вопросов по сюжету нет.

Стиль выдержанный, есть пара мест, которые опять же лично мне запомнились вопросом. Жаль, что копирование закрыто.

c40258fce6e24fed92055dbab64ce8d2

 Зачем противопоставление во втором предложении? Или я чего-то не понял.

aacadb6e84124406b32a9013b027b3a7

Что это за отработанный жест? Вгрызся в батат? )

faf6a20a55774778b6e2349579249ce8

Высокородный лопается? И сам об этом заявляет? Не, не верю. )

5c2908120d074fb99956dba9879b35bc

Я понимаю, что типа «бояр», но слово «дружина» мне все равно режет глаз. Тем более младшая.

f74d7ff93cfc447faae18b862febc8bc

Не могут прийти, а придут. Лескин решился перечить, значит, он в этом уверен.

На этом всё.

 раскрыть ветвь
 3

uglovsky 637649013590281037

Владимир Угловский

автор

Спасибо! 

Фантом положителен сугубо потому, что мы видим историю из его глаз. Но, помилуйте, он — киллер, забредший в профессию на почве классовой ненависти. Лесина он убрал за компанию просто так, и потом не рефлексировал, мол, топ-менеджер — не пролетарий, нечего жалеть. То, что он хочет выглядеть хорошим перед собой — да. Что он, пожалуй, не безнадёжный негодяй — да. Но и не ангел далеко.

Мысль — она побыстрее слова будет, а Роман в это время не стоит же, как вкопанный.

Всё просто — шасси погрузчика денег побольше стоит и может быть потом переделано во что-то ещё, так что Фантом рассчитывал его сохранить. Хотя, вариант со взрывчаткой я рассматривал, но по этим вот причинам от него отказался.

Один пилот, второй его охрана. Им бегать не положено, им положено выждать, может, восстановится связь, а потом запросить инструкций наверху. Иначе плакала эвакуация, если оставленный без присмотра транспорт накроют.

— Любую машину можно взломать, если располагать бесконечным вычислительным ресурсом (что само по себе утопия, конечно). Но дерево — не машина, так что Фантом не может заставить его светиться другим цветом. За то и ценит. 

— Отработанный жест — это сама по себе манера вовремя или воды попить, или вот батат укусить, тем самым давая себе время обдумать ответ, не затягивая с ним так уж откровенно. Реально существующий спикерский приём. 

— «Лопается» высокородный потому, что пытается очень топорно отыграть нахождение на одной волне с по определению простым, как лом, мужиком из Цоколя (а что мужик давно усвоил манеры — так то его проблемы). В общем, Роман — далеко не гений ни в ведении переговоров, ни в высоком искусстве аристократической интриги. Просто сапог-головорез — но очень хороший. 

— Дружина что, это я ещё боярами по тексту не злоупотреблял) Просто история здесь малость альтернативная, и они правда бояре. Прямые потомки тех самых допетровских родов. И их военные структуры отличаются повышенным бзиком на традициях. Вот в корпоративных ЧВК названия подразделений и звания без архаизмов, к примеру. 

— У Лесина просто осмотрительность — вторая натура, вот он и выдаёт «неуверенные» речевые обороты просто на автомате.

 раскрыть ветвь
 2

id5006734 636764901995234414

Александр Цветков


Иногда жутко расстраивает собственная неграмотность. Специально для этого комментария попытался наконец определить для себя что такое фокал, только больше запутался. Не люблю критиковать то в чем не разбираюсь, но раз автор сам просит скажу наверное очевидную вещь. Рассказ является несомненным рекордсменом по количеству вводимых интересных персонажей, захватывающих намеков на подоплеку и дальнейшее развитие событий которые не имеют абсолютно ни какого влияния на последующий сюжет, так как все они обрываются самым циничным образом — банальным убийством всех действующих лиц. Вот зачем было так вкусно описывать вербовку осторожного и явно талантливого Лесина или такое своевременно появление преданного служаки Сан Саныча. Чтобы походя слить их всех и просто забыть? Чувствую себя жертвой какого то злого розыгрыша ((

И при этом как классно написано! Очень надеюсь на давно обещанный роман в том же сеттинге. Для рассказа здесь все же слишком много действующих лиц и точек зрения.

 раскрыть ветвь
 1

uglovsky 637649013590281037

Владимир Угловский

автор

Мои извинения за эмоции, вызванные историями Лесина и Саныча, правда, но так было надо. Смысл рассказа в критике типичного жанрового «пути наверх».Что, карабкаясь вверх по социальной лестнице, надо по сторонам-то смотреть. И если бы Шеин это делал — как делает Фантом, кстати, — эти интересные личности были бы живы. Простите, я их исходя из этого просто не мог сделать статистами. 

И колоссальное спасибо за отзыв и оценку! 

 раскрыть ветвь
 0

dubovit 637766984656166560

Локомотив Ушкуев


Постбояръаниме — это революционное пролетаръаниме. Праздник общей беды.81cb82d2f52a4338b13f8c6f56d04b92

 раскрыть ветвь
 3

uglovsky 637649013590281037

Владимир Угловский

автор

О, эти ваши словесные игры) 

Там, кстати, по логике где-то между ещё буржуйаниме быть должно) 

 раскрыть ветвь
 2

zhurbaviktor 637438110552207977

 раскрыть ветвь
 1

uglovsky 637649013590281037

 раскрыть ветвь
 0

ZoeGlitch 637633628878754736

Zoe Glitch


Очень хорошо написано, ну очень технично. Прекрасная экспозиция посредством всего. 

 раскрыть ветвь
 1

uglovsky 637649013590281037

Владимир Угловский

автор

Экспозицию между делом нежно обожаю и рад, что удалась) 

А за оценку техники особое спасибо. Немного за неё боялся, так как отошёл от своей обычной манеры выписывания экшена (в неё не лезло задуманное). 

 раскрыть ветвь
 0

Написать комментарий

uglovsky 637649013590281037


14K



1



343

Обратно к перевалу я шел подавленный, без тени уверенности и рисовал мрачные картины в своем воображении. Что там могло произойти? Возможно, они заблудились? Или кто-то из них подвернул ногу? А может, свернул шею?
Река, по которой я поднимался, раздваивалась, и я никак не мог выбрать направление.

В конце концов, я выбрал правый приток и на развилке оставил пачку из-под сигарет, на которой нацарапал жженой спичкой: «Ждите здесь, пошел на запад к перевалу».
Вскоре я заметил, как мне показалось, двух цыганок, но,приглядевшись, увидел, что это Светка и Балай. И я побежал. «Живы!» – пела лишь одна мысль.
Радостно хлопаю по плечу Балая, хватаю в охапку Светку и кружусь по поляне.
– Черт возьми, а мы думали…!
– Вы живы ребята! Целы и невредимы. Ура! Где же вы пропадали?
– Это ты пропадал. Как же ты проскочил, не заметив нас?!
–Володенька, ты читал мою записку? – спрашивает Светка. – Ну, там, на перевале я тебе оставила записку.
– Нет, я ничего такого не нашел
– А альпеншток? Я оставила твой альпешток и с ним записку.
– Да нет же, нет, я не видел альпештока, не было там никакого штока, не было даже былинки.
Так мы выяснили, что шли по разным перевалам.
– Значит, перевал был двойным, и в пяти километрах ниже располагалось большущее такое стойбище. Вы видели это стойбище?
– Да нет же там никакого стойбища, нам встретилась только маленькая хижина, где нас поили молоком.

До сих пор я так и не знаю, кто из нас был на настоящем Тенгизбае.
– Вот, что ребенок, – прерывает меня Балай, – Держись этого ручья, дальше будет домик и кладка из дикого камня, потом спуск с перевала и группа можжевелового стланика. Ну да лучше я нарисую, – и Балай чертит палочкой на песке, объясняя как мне отыскать мой рюкзак – Ты уж извини, Ребенок, мы больше не могли его тащить. Пришлось оставить.
Часа через три я вернулся с рюкзаком. В нём разбилась бутылка с сурчиным жиром, и от этого запаха меня мутит.
Наш новый лагерь расположился на поляне, и дым костра растекался по ущелью тоненькими струйками.
Я понял, как я устал за эти дни, только когда подносил ко рту дрожащей рукой первую ложку супа с сурчиным салом. Я был голоден, как после ночи чересчур бурной любви, а потому пожирал похлебку с жадностью истощенного крокодила и слушал неторопливый рассказ Балая.
– Кияз бросил нас на перевале. Бросил потому, что Светка отказалась идти к нему в гарем. Поначалу мы тащили твой рюкзак волоком, и он несколько раз срывался. Так что фляга с жиром разбилась. Тогда мы переложили самое ценное, в том числе и коробку с бабочками в свои рюкзаки, а твой оставили. Сумерки застали нас под самым перевалом, и, отыскав крошечную лужайку, мы решили заночевать. Поляна оказалась сырой и имела солидный крен, так что всю ночь под боком хлюпала грязь, и мы медленно сползали вниз по склону. Дров для костра не нашли и пришлось жечь сырой можжевельник и аммонитовые шашки. Они горели, как неисправный керогаз и также чадили чёрным дымом. Ты знаешь, Ребенок, мне больше по душе холод, нежели жара, но тогда и я замерз. От холода ничего не спасало. Мы натянули на себя всю одежду, но так и не согрелись. К утру мы были в оцепенении, почти в анабиозе.
Я слушал рассказ Балая и не знал, что сегодняшний вечер – особый вечер. Я не знал, что он имел особый тон и прощальное значение. Так бывает поздней осенью, когда задует южный ветер и, разогнав тучи, позволит улыбнуться Солнцу последней, грустной улыбкой. Это была последняя вспышка взаимопонимания, последний день мира.
На маленьком зеленом пятнышке Земли, стиснутые каменной щелью, очутились три человека – я, духовный потомок «рыцаря печального образа», мой друг, в которого я верил больше, чем в себя, и посторонняя девчонка, в которую я все больше влюблялся, вопреки всем доводам здравого смысла. Собственно влюблялся не в нее, не в женщину из крови и плоти, а в загадку, мираж, манящий в гибельную даль своей необъяснимостью. Я не обманываюсь миражами, нет. Я достаточно хорошо знаю этот мир со всеми его ложными надеждами. Но, увидев таинственные берега прекрасного озера, я подойду к нему, ясно сознавая, что оно есть ничто иное, как оптическая иллюзия. Я бы смог остановиться, но дело в том, что я этого никогда не сделаю. Я просто не пожелаю остановиться, даже если мне грозит гибель. Я подойду к нему, шатаясь и падая, и теряя реальные ценности. А потом в конце пути, если догоню, попытаюсь поймать призрак сачком для бабочек. Да здравствует клетка для солнечных зайчиков!
Но в этот вечер я еще не отправился вперед, влекомый фата-морганой.
В этот вечер надвигалась тень. Она бежала по Земле с востока на запад, со скоростью реактивного самолета. Она гасила миражи в пустыне и зажигала окна в городских квартирах. Она бежала чуть медленнее, чем три миллиарда лет тому назад, должно быть тоже постарела и уморилась. Три миллиарда лет. Тогда не было людей, и она была просто тенью. Но потом появились люди и дали ей свое название. Они нарекли ее Ночью. Ведь люди так любят давать всему своё название, им не важно, что суть вещей от этого не меняется.
Какая сумасшедшая ночь.Такая же, как волосы Амазонки, с сединой звезд в висках.
Какая сумасшедшая ночь.Она раздирает душу на тысячи клочков и рассеивает ее по всей Вселенной. И, кажется, что обнимает весь этот мир и растворяется в нем, и растворяет его в себе.
Какая печальная Планета.
Какая грустная и несчастная Планета.
Я вдруг понимаю, что этот прекрасный, но грустный мир – чужой мне мир. А свой я потерял где-то там, в необозримой дали, но я уже позабыл, когда и где, и знаю, что мне не обрести его вновь.
Я смотрю на Светку и думаю: «Вот передо мной насквозь лживая женщина. Так почему меня так тянет к ней? Ведь я же знаю, что вся она сплошная бутафория. Ведь от меня ей нужно только одно – поклонение. Ей необходимо поклонение. Это ее инстинктивная потребность, в которой она, вероятно, не отдает себе отчета. А я уже готов забыть свой обет. Но нет, я не буду тянуться к ней, стучать в ее закрытую душу. Я отгорожусь, уйду в себя. Возьму свою душу за горло и сожму в кулаки простертые для объятий руки.
Но ведь она тоже что-то ищет, от чего-то или кого-то бежит. Она живой человек, но только спящий. Что она ищет, и кто в силах ее разбудить? Понять ее мир и подарить свой? Я уверен, что ее мир огромный и яркий, но какой-то перекошенный, какой-то зловещий, глубокий точно космос и такой же бесстрастный. А еще в нем сквозит обреченность. Обреченность, которую ощущаешь, но не можешь понять. Господи, научи понимать человека!»
Полночь. Светка устроилась на перекрученном пне. Этот перекрученный пень подстать ее характеру.
Нас разделяет пляшущий огонь костра.
– Я боюсь возвращаться домой. Противно снова возвращаться в болото обыденной жизни. Все дни как близнецы. Живешь, ждешь чего-то нового, но все одно и тоже, одно и тоже. И родственники. У нас по субботам собираются родственники. Ты не представляешь, какая это скука. Говорят о всякой ерунде, сплетничают и требуют от тебя того же. А я, мне это совсем неинтересно. Я хочу только, чтобы они оставили меня в покое. Мне нужны леса и луга. И в эти дни я убегаю к деревьям. Иногда надолго. Ночую в лесу. Одна. А раньше убегала из дому к морю и ночевала под перевернутыми лодками, или у простых рыбаков. И ты знаешь, Володька, они никогда не спрашивали, кто я и откуда.
– Светка, но ведь всегда приходится возвращаться. Таким как мы, люди не догадались оставить по необитаемому острову. Но это не говорит о том, что таких островов нет. Только искать их надо не в океане, а создавать самим, как это делают кораллы. Создавать для себя и вокруг себя.
– Создавать? Так ведь не дадут. Захватят и раздавят. Они не выносят инородности, для них это как заноза. Они довольны собой и своей жизнью, а если довольны они, то обязаны быть довольны и другие.
– Да, ты права, все это так. Это система «ГОСТов» – хорошо только то, что «серо». Еще я называю это кастрацией песни. Ты заметила, как эволюционирует песня? Ну, например, с экрана кино на эстраду, а потом к публике? Вот представь себе, что ты в концертном зале и впервые слышишь новую песню. Поет кто-нибудь вроде Ободзинского или Градского. Песня прекрасная. Ее поет не певец, а его раненная душа, которая вкладывает всю страсть и силу в слова. Но, черт возьми, ведь так нельзя, зачем народу лишние эмоции, это болезненно, это возбуждает. Песня зовет, песня заставляет посмотреть на жизнь иначе. И тогда песню отдают на операцию, на эстраду. И она погибла. За нее берется какой-нибудь Лев Лещенко и поет по обязанности, то есть он не поет, он работает. И песня теряет душу. Потом ее бросают с эстрады в толпу, совсем уже обезвреженную и толпа довершает начатое, пьяными голосами.

Скалы узкого прохода на юг погрузились в могильную тишину, казалось, стерегут огромную замшелую тайну. И эту ночь.
В костер летели ночные бабочки. Летели издалека со всех сторон. Летели, чтобы вспыхнуть в его манящем огне. Огне ярком, красивом и безобидном издалека. Временами слышался сухой треск, и в небо взлетало маленькое облачко копоти.
К какому же костру толкает судьба каждого из нас?
– Расскажи мне о Федченко, – просит Светка, и глаза ее влажно блестят от пламени и дыма.
Я рассказываю о Федченко, о Роборовском, и о многих других прекрасных душой людях, чья жизнь прошла в поиске.
– Он шел к Памиру, быть может по этой тропе, и где-то пол толщей щебня захоронен след его лошади.

Продолжение следует.


Adblock
detector